Плавание 2016 года. Южные Курилы. Маршрут: Сахалин - Кунашир - Малая Курильская гряда - Шикотан - Кунашир - Итуруп - Сахалин

Кунашир-юг

Получив от профи инструкции по части рыбалки, мы пошли в Лагунное. На АИСе было много судов, показались две береговые станции Японии.

Лагунное, это посёлок на берегу одноимённого озера, расположенный напротив Южно-Курильска с охотоморской стороны. Место довольно обжитое - в Южкур ходят машины, работает сотовая связь.

Никаких серьёзных укрытий там нет, только песчаный пляж и редкие скальные выступы в море. Для ночёвки мы выбрали небольшой пляжик между двумя утёсами. На песке следы от машин, несколько кострищ. Место очень живописное и удобное для пикников.

 На подходе нас вызвал по рации «Лебедь-7.  Выяснили, куда мы собираемся швартоваться, чтобы подъехать для проверки документов.

После проверки документов отзвонились домой и прогулялись по окрестностям. 

30 Июля. Утренний переход был недолгим. В 5 км на юг от Лагунного мы остановились перед м. Столбчатый. Это уникальный природный памятник является визитной карточкой Кунашира и местом паломничества многочисленных туристов. Он представляет собой 50-метровый обрыв, сложенный из вертикальных базальтовых столбов, у подножия нечто вроде брусчатки из торчащих торцов 6-гранных каменных брёвен. Всё это выглядит весьма  торжественно, как орган в огромном готическом соборе.

Погода была ясная, со Столбчатого отлично просматривался Хоккайдо – высокие горы с не растаявшими снежниками на вершинах.

Участок побережья южнее Лагунного – сплошной музей природы, изобилующий диковинными экспонатами. Всего в километре от Столбчатого – опять остановка. На этот раз -горячие источники. Петю оставили караулить лодку, а остальные пошли на экскурсию.

 К источникам ведёт медвежья тропа, вьющаяся среди настоящих джунглей. Вокруг – заросли шеломайника и невообразимо громадных лопухов. Тропинка часто пересекает ручьи, на глине отпечатаны самые разнообразные следы – шлёпанцев, сапог и медвежьих лап. Горячий источник представляет собой два ручья - один холодный, другой с кипятком. В месте слияния выложена подпорная стеночка из камней и устроены две  запруды. Во вторую лучше залезать после первой, иначе можно обжечься. Рядом с ванночками – плакат: «Осторожно, неядовитые змеи», призывающий не обижать и не бояться японского полоза. Старпому повезло,   он успел увидеть хвост удирающего змея. 

Напарившись в этой природной бане, мы вернулись на катамаран и, без каких-либо чётких намерений, оттянулись от берега. Но приключения продолжали сыпаться как из рога изобилия. Стоило выйти в море, как нас вызвал уже знакомый Лебедь – 7. Пограничники обрадовались, что мы ушли недалеко и  попросили подвезти какие-то шмотки из Третьяково в Алёхино, т.е. от Лебедя-6, Лебедю-5. Все эти крохотные очаги жизни на Кунашире связаны на карте невнятным пунктиром, означающим не то дорогу, не то тропу. Как нам впоследствии объяснили, это вездеходные тропы набитые ГТС-ками и квадроциклами. Каждый проход вездехода по такой тропе является подвигом и сопряжён с риском для жизни или потери машины. Поэтому попутный водный транспорт там является основным видом сообщения. Пограничники явно переоценили валовую вместимость Котоярви. Это мы поняли по огромной куче тюков и чемоданов, сложенных на берегу у заставы Третьяково.

Деваться уже было некуда, да  и была погода спокойная. Решили везти. «Лебеди-6» перетаскали всю эту гору тюков-чемоданов в кокпит и на носовую сетку.   По весу там было немного, но зато по объёму! В кокпите места ровно столько, чтобы дотянуться до мотора и румпелей. Котоярви превратился в настоящий "Карго-шип"!

К вечеру выгрузили в Алёхино чемоданы, попили чаю с командиром заставы.  Уже в сумерках заночевали на якоре неподалёку от заставы. На берегу, напротив нас паслись несколько коров под охраной свирепого вида быка. Как потом рассказал командир, медведи этого быка побаиваются и в его присутствии к коровам не лезут. Хуже со свинарником, из которого день назад медведь утащил поросёнка.

31 Июля

В Алёхино тоже есть горячий источник. В советские времена его благоустроили, построили из бетона небольшой бассейн и облицевали плиткой. Рядом с бассейном – домик-раздевалка.

Благодарные пограничники с вечера нам его наполнили, к утру кипяток стал вполне купабельной температуры. День выдался дождливым, и ванночка пришлась кстати. Лежать в кипятке под дождём, оказалось ещё большим кайфом, чем в хорошую погоду. Попрощавшись с гостеприимными алёхинцами мы пошли дальше на юг с сторону Головнино. На АИСе много кораблей, опять хорошо видно Хоккайдо.  Между Алёхино и м. Палтусова есть ещё одно интересное место –  оз. Горячее у подножья вулкана Головнина.  Это уже не ванночка, а целое озеро кипятка! Но берег напротив горячего был бесприютный, да и погода дрянная. Решили сразу идти в Головнино.

Цель была достигнута в 4-м вечера, но особой радости не доставила. В Головнино всё было как-то гибло и неуютно. Причал неудобный, весь берег в арматуре, «Лебедь» злой, народ мрачный, в магазинах много всего, но ничего нужного - хлеба нет, бензина нет.  Единственное чего там было хорошего, это сотовая связь.

 Ушли мы из Головнино и встали на ночёвку у подножия п-ова Весловского. Место - тоже не сахар, но, по крайней мере, без арматуры на пляже. П-ов Весловский – низкий и песчаный, местами заросший чахлой травой.

 Под вечер мы вспомнили про день ВМФ и устроили грандиозный банкет с музыкой и  плясками.

1 августа. Утром собирались идти дальше, но  прозевали отлив и безнадёжно обсохли. Убедившись в бесполезности всяких  попыток вылезти, занялись сбором подножного корма - крупных мидий и трубачей. Трубач, это такой моллюск, внешне похожий на черноморского ропана. В дальневосточной кухне он считается деликатесом. На отмели и мидий и трубачей были несчитанные тонны! В отлив моллюски зарываются неглубоко в песок.  Весь промысел заключается в ковырянии носком сапога песка и складыванием добычи в ведро. На пробу сварили полведра и, в ожидании прилива, продолжили вчерашний банкет. Трубач действительно оказался деликатесом. 

 Однако, через некоторое время, у всех участников появились лёгкие признаки отравления – расфокусировка зрения и некоторая «муторность».  Поняли это не сразу, поскольку ночной банкет вполне мог иметь такие же последствия. Лишь на следующем переходе, опять наевшись трубачей,  мы поняли, что банкет был не при чём. В голову сразу пришли рассказы об аккумуляции моллюсками токсинов и выбросов из Фукусимы-2. Весь оставшийся улов был списан за борт, и на дальневосточных моллюсков наложено проклятие. Сняли его только на Шикотане, после общения с рыбаками.