Плавание 2016 года. Южные Курилы. Маршрут: Сахалин - Кунашир - Малая Курильская гряда - Шикотан - Кунашир - Итуруп - Сахалин

Малая Курильская гряда

Лишь во второй половине дня мы дождались воды и стащились с отмелей Весловского полуострова. Переход на Малую Курильскую гряду был штилевым и туманным. Кунашир быстро растворился в навалившемся тумане, а там и сумерки не заставили долго ждать. 
Южно-Курильский пролив встретил нас длинной пологой волной, ветер совсем закис. На небе смутными ореолами просвечивали звёзды.

 Ближе к полуночи мы подошли к первому острову Малой гряды – о. Танфильева. Никаких планов насчёт Танфильева у нас не было, собирались пройти мимо и сразу идти на о. Юрий. Так бы и сделали, если бы на подходе к острову нас не вызвала очередная застава. После обычного диалога на тему «кто такие, откуда и куда?» «Лебедь-1» задал неожиданный вопрос: «Собираетесь ли высаживаться на Танфильева?» Я немножко удивился, ведь копии нашего маршрута и пропусков остались на всех остальных заставах. Вопрос был принят за приглашение. Я ответил, что мы переночуем в южной бухте острова, а утром высадимся на короткую экскурсию по острову. Никаких возражений в ответ не последовало.

2 августа 
С утра туман уже стал больше похож на мелкий дождь, видимость была не больше 50 метров. На берегу встречались коровьи лепёшки – явный признак присутствия людей. 
Остров Танфильева отдалённо напоминает беломорский Моржовец (но с южным колоритом) и представляет собой ровное заболоченное плато, поросшее высокой травой. С десяток шагов по этой траве, и сухими остаются только плечи. Залезть на плато оказалось не очень-то просто – невысокий, но крутой глиняный обрыв с редкими промоинами ручьёв окаймляет весь остров.

 Наталью с Петей перспектива прогулки не очень вдохновляла, и они остались на катамаране. Остальные четверо вскарабкались на плато и отправились вглубь острова.  
 На космоснимке мы обнаружили домики, догадались что это и есть застава Лебедь-1 (да кого ж ещё встретишь в таком месте!) Туда и пошли по брошенной вездеходной тропе. На подходе к домам нас встретили двое мрачноватого вида бойцов и проводили на заставу. По их суровому виду мы догадались, что разговор будет не из приятных. Добавило проблем и то, что документы остались на корабле. 
Нас проводили в некое подобие школьного класса, "ленкомнату", как это называлось до 90-х годов, и сурово допросили, разъяснив сущность многочисленных нарушений и широкого набора репрессий, которыми располагают пограничники для их пресечений. Честно говоря, не было никаких сомнений, что всё закончится хорошо.   "На лицо ужасные, но добрые внутри" - это стандартный портрет суровых защитников рубежей нашей Родины. Так всё и оказалось. Начальник заставы, молодой каплей, связался со штабом в Южкуре и позвал меня для разговора с начальником Курильского погранотряда. Шеф (кап-1) убедился в том, что нас достаточно застращали, после чего с отеческой заботой стал интересоваться, не надо ли нам чем-нибудь помочь. В общем, всё закончилось хорошо. В списке наших аварийных телефонов появился ещё один - начальника курильского погранотряда. Напряжённость спала, нам стали улыбаться.
 Командир приказал двум бойцам проводить нас к катамарану через редкие достопримечательности. Рядом с заставой установлена огромная скульптура св. Николая. Николай повёрнут лицом к заставе и двумя перстами наставляет бойцов на праведные подвиги. Возможно, он нам и помог! 
Вторая достопримечательность – обломки вертолёта сбитого взбунтовавшимися дезертирами в 1994 году 
Смотреть там особо нечего, только куски дюраля, поросшие травой.

  В целом, от общения с пограничниками впечатления положительные. Бойцы все подтянутые, вежливые и предупредительные, лица умные. Ни одной синюшной рожи, ни намёка на хамство. Красавцы, в общем.
 На корабле мы попили чаю, снялись с Танфильева и перешли на Юрий. Он несколько поинтереснее Танфильева - не такой плоский. Много бухточек со всех сторон, можно спрятаться от любого ветра. На острове осталась брошенная застава. Зрелище печальное, как все покинутые военные объекты. На берегу выброшены два японских рыболовных бота размером с МРБ. В нашей западной бухточке не было ни ветра, ни волны. А с океанской стороны, через весь остров доносился рёв прибоя. Саня с Серёгой прогулялись до океана и обратно и  вернулись… с апельсином. Столь редкий дар моря, обнаруженный на океанском пляже, был немедленно поделен и съеден.

 На другие мелкие острова Малой гряды мы идти не собирались и с Юрия сразу пошли на Шикотан. Вышли в поздних сумерках с расчётом придти на Шикотан в первой половине дня. В самом начале пути произошло нечто странное. Сначала был удар по кливер-штагу, потом что-то брякнулось о левый нос и отбило руль. Через полчаса – опять удар по мачте, и на тент салона свалилась обалдевшая птица-носорог. Теперь сомнений не было – птицы как мотыльки летели на ходовые огни и спотыкались о снасти! Что за птеродактиль попался нам в первый раз, и какова его дальнейшая судьба мы так и не узнали. 

 
В проливе Воейкова (между Зелёным и Юрием) нас стало сносить обратно мощным течением. Пришлось пересекать струю поперёк, смирившись с большим сносом, а потом выходить в океан вдоль берега Зелёного.  В остальном, переход был спокойным. Шли на моторе против встречного штиля. Светящийся планктон брызгами разлетался от носов и рулей, высыпали звёзды. Океан встретил нас грандиозной мягкой зыбью. Между вахтами спалось как в колыбели.