Плавание Котоярви 2017 года 

Сахалин, Курильские острова от Итурупа до Матуа

Матуа

С рассветом мы подошли к укрытому плотным туманом Матуа. Бухт на этом острове две: б.Двойная с востока между Матуа и о.Топорковый и б. Айну с юга. Двойная  конечно же лучше. Но про экспедицию МО мы знали из прессы. Поэтому не было сомнений, что Двойная занята военными, и там придётся что-то объяснять. Айну, хотя и называется "бухтой", на самом деле таковой не является. Это лишь рейд с приемлемыми якорными глубинами. Расположена она на отшибе, довольно далеко от заставы Сарычево, где по моему предположению и обосновалась экспедиция МО. Никаких других зацепок за берег на Матуа нет. Весь остальной берег, это либо отвесная скала с огромными глубинами у берега, либо рифы заросшие капустой.

Я собирался сделать попытку высадиться в бухте Айну. Это позволило бы вообще избежать контакта с военными и даже немножко погулять по южной части острова. Масштабная пешая экспедиция по Матуа в этот раз не планировалась.

 В Айну ничего хорошего мы не увидели. Несмотря на спокойную погоду, о берег разбивался мощный накат. Мелко-галечный пляж бухты совсем не располагал к швартовке.  Берег там довольно приглубый, от уреза воды поднимается градусов под 20 и метра на 3-4. Дальше - ровное плато метров 150 без единой зацепки, за которую можно было бы завести кошку. Но уходить с Матуа было особенно и некуда. Дальше на север простирался довольно сложный и длинный пр. Крузенштерна, который заканчивался не  самым приветливым островом Шиашкотаном, с отвесными берегами и двумя ненадёжными полубухтами, заросшими капустой.  Прогноз прошлого дня был не ахти, имело смысл позаботиться о надёжной шхере на Матуа. Делать нечего, решили идти на поклон к военным.

Прошли мимо южной оконечности Матуа, которая  представляет собой уходящие в пролив гряды рифов. Была шальная идея и там поискать местечко для швартовки, но из-за плотных зарослей капусты пришлось с ней расстаться. Ближе к полудню мы с юга вошли в в бухту Двойная  - пролив между Матуа и Топорковым. На 16-м канале шли оживлённые переговоры. Из них стало понятно, что в бухте находятся ещё несколько судов. Видимость была метров 50. Несмотря на локационный отражатель, работающие АИС и «Викторию»  нас никто не заметил. Дальше молчать было просто неприлично. Поэтому я первым вышел на связь: «Матуа – яхта «Котоярви», входящая в бухту Двойная с юга». Откликнулась «Волна» (это пункт управления судоходством в бухте).

- Кто такие, что за судно?

- Экспедиция РГО, яхта «Котоярви», следуем с Сахалина в Петропавловск вдоль Курильской гряды.

- С какой целью зашли в бухту, и собираетесь ли высаживаться на остров?

- Собираемся высаживаться. Цель – заправиться пресной водой. Если разрешите, есть желание провести  экскурсию по острову. Рассчитываем, что нас проинструктируют чего можно, и чего нельзя.

«Волна» и на это согласилась:

- Добро, поднимитесь по дороге в штаб, там вас проинструктируют.

Казалось, что всё складывается отлично. Мы не учли, что в качестве невольных слушателей в этих переговорах участвовало и руководство экспедиции МО. Минут через пять, пока мы путались в обильных зарослях капусты у о. Топорковый, на 16-й вышла экспедиция. Вероятнее всего – дежурный по штабу (это наши догадки).

- Включена ли ваша экспедиция в график РГО?

- Да, включена. В подтверждение имеем рекомендательные письма и пропуск от ФСБ на посещение Матуа.

После нескольких злобных реплик типа «филькина грамота», «чужой Варяг» и т.д. экспедиция выдала решение: нас не пускать.

- Нам необходимо заправиться пресной водой. Прошу разрешение высадиться на берег.

- Здесь нет воды! Нечего вам делать ни на берегу, ни в бухте.

Про воду, это конечно чистая ложь. Справа от дороги в штаб в 2011 году был ручей. Нет сомнений, что есть и сейчас.

Берег – ладно, пока обойдёмся. Но «мотать» из бухты я пока не собирался. Выпутавшись из капусты мы встали на якорь у Топоркового и передали «Волне» координаты стоянки. Место выбрали мелкое, метров пять глубины. Там мы уж точно никому не мешали.

Также сообщили «Волне», что никуда из бухты не уйдём, как минимум до выяснения прогноза погоды.  По отдельным злобным репликам стало понятно, что военные с этим смирились. Туман чуть рассеялся и у берега Матуа мы увидели здоровый морской буксир. Дежурный всё время спрашивал у буксира, наблюдает ли он «Чужого Варяга». Но, не смотря на все включенные транспондеры и прямую видимость, он нас не видел. Дальше в канале было много всякой болтовни. В числе прочего, я услышал знакомую фамилию. Евгений Верещага – руководитель экспедиции камчатского РГО, знакомый мне по экспедиции 2011 года был на острове! Это был наш реальный шанс зацепиться за Двойную. Евгений всегда работал в плотном контакте с военными и наверняка нам бы помог. Я связался с «Волной» и попросил устроить нам сеанс связи с Верещагой. «Волна» пообещала с этим помочь. К сожалению, Евгений в тот момент гулял по острову со своей группой, и переговоров на 16-м не слышал.

  С буксира на берег и обратно постоянно шныряла «Пчела» - шлюпка с экспедицией РГО. В одну из ходок, эта шлюпка  подошла к нам и пришвартовалась к борту.  Парень из Питера, один из участников экспедиции РГО на о. Матуа сообщил, что на острове про нас уже все знают, (кроме Верещаги, которого нет), сочувствуют и надеются на успешный исход переговоров. «Пчелу» постоянно дёргали на 16-м:

- «Пчела», куда пропал?

- Сейчас буду! - отвечал наш новый знакомый.

Напоследок, он тоже пообещал при первой же возможности связать нас с Верещагой и ушёл к себе на буксир.

Дежурный вдруг озадачился погодой и запросил прогноз у «Третьего», т.е. буксира. Озвученный через некоторое время прогноз был довольно мрачным. Тайфун, ослабший до состояния тропической депрессии, шёл на средние Курилы с востока. В районе полуночи ожидался СВ 25-27 м/с.

Все эти переговоры были как бы междусобойчиком, но на 16-м канале, т.е. во всеуслышание. Мы мрачно молчали, пока дежурный не обратился лично:

- Вы работу на 16-м наблюдали? (переводя на человеческий язык «слышали переговоры?»).

- Наблюдали.

- С того места где вы стоите, вас сдует.

- Наверное. Есть предложения?

Молчок.

 Я тоже запустил Инмарсат и скачал свежий ЗиГриб. Мой прогноз был не столь ужасен, но тоже дрянной,  и сдвинутый по времени на +11 часов. Ожидался небольшой штормец с СВ на 6 баллов. Применительно к нашим возможностям это означает, что бодаться с таким ветром смысла не имеет. Но уж переждать на якоре – можно.

После обеда и двух часов тяжких раздумий решили «мотать». Верещага так и не появился, а время уже поджимало.  На переход обратно в бухту Айну тоже требовалось время. Вставать на якорь лучше бы засветло и пока тихо. Оставаться в проливе, не зацепившись за берег – тоже плохой вариант. Через несколько часов он должен превратиться в аэродинамическую трубу. Удержаться на якоре было бы трудно из-за большого количества травы. Нас спас бы только берег, но туда дорога закрыта.

 Разумеется, были взвешены все остальные «за» и «против». Вломиться на берег вопреки запретам, наверное получилось бы. Но что дальше? Экспериментировать не хотелось. Представители МО явно были готовы принять все меры, чтобы испортить нам жизнь.

 Минимальные прогнозируемые потери – остаться на обсохшем катамаране на всё время непогоды. По прогнозу – на трое суток. Без права отойти от места стоянки хоть на 10 метров. Мы выбрали вариант «мотать». Особенных приключений не планировалось. Прогноз от ВМФ сильно расходился с Грибом. Истина ожидалась где-то посередине.

Связались с «Волной» и сообщили о своём решении. Почти сразу нас вызвал «Третий». Кэп с явным сочувствием предупредил нас, что с Матуа часто падает бора. Спасибо капитану. Но что толку от его предупреждений?

7 миль